October 14th, 2021

Толкин и Крапивин

Многие из тех, кто любит книги Толкина, также любят и с удовольствием читают книги Крапивина. Сегодня Владиславу Петровичу исполнилось бы 83 года. Крапивин тоже читал Толкина и даже пару раз (а может и больше) упомянул его в своих произведениях.
"Властелин Колец", а точнее фильм с таким названием, упоминается в романе "Кораблики, или Помоги мне в пути". Дело происходит в 2047 году (откуда точный год, сказать сейчас не смогу, вроде как-то там определяется по косвенным ссылкам). Вот цитата:
"Обед подвигнул меня на продолжение экскурсии, а улица Ржавых Якорей (насколько я помнил - бывшая Первых Пятилеток) привела меня к широкому белому зданию кинотеатра "Посейдон".
Показывали вторую серию "Властелина колец" - по старинной эпопее Толкиена. Я зашел: любопытно, какое оно, нынешнее кино? В полукруглом зале распахнулся громадный стереоэкран...
Игра артистов не очень мне понравилась. Была в ней нарочитая трагедийность. По-моему, хоббит не должен вещать как Гамлет. Но технически фильм был сделан отлично. Сумрачные пространства Средиземья дышали в зал древними запахами заповедных лесов и болот. Глубина и ширь были абсолютно реальными. Дикие птицы проносились у лица. А во время одной битвы чей-то меч по-настоящему вылетел из экрана и зазвенел на авансцене. Не знаю, как уж это было сделано.
Фильм был очень длинный. Когда я вышел, уже вечерело".
Роман был написан в 1993 году...
А в книге Крапивина "Дагги-тиц" (2008) упоминается как повесть "Хоббит", которую взял с собой в другой город главный герой Инки, так и "Властелин Колец". Вот цитата:
"И к тому же погружаться в сказочные миры помогала бесконечная книга "Властелин колец". Ее дал Гвидон (сказал: "Хватит тебе на все лето"). Инки читал по вечерам, когда закатное солнце забрасывало в окно желто-розовых зайчиков и зажигалось искрами на усах Альмиранте (тот сидел у Инки в ногах и обещал, что эту ночь проведет дома, не станет "мотать нервы" своему другу). Потом сумерки сгущались, Инки зажигал лампу и продолжал читать. "Дагги-тиц", - повторяли ходики, и это приносило тихую радость и прочность. Такую же, как ежедневное возвращение матери домой…
Он читал, и миры Средиземья разворачивались перед ним, обнимая глубинами влажных горных провалов, синевой бескрайних земель и грибным дыханием сумрачных лесов. Это было лучше, чем кино. Потому что такие миры Инки строил перед собой сам, вместе с автором книги…"